Закрыть ... [X]

Афоризмы о любви к литературе


Джордж Гордон БайронДжордж Гордон Байрон (George Gordon Byron,), известный как лорд Байрон - великий английский поэт-романтик, член палаты лордов. Годы жизни: 1788–1824. Джордж Гордон Байрон внёс огромный вклад в духовное развитие литературы и стал основоположником так называемого байронизма как в европейской, так и в русской литературе начала 19 века. В России поэт был популярен не меньше, чем у себя на родине. На родной язык его переводили многие великие русские поэты (В. Жуковский, М. Лермонтов, А. Блок, В Брюсов, Б. Пастернак и К. Бальмонт и другие.)



РОМАНС


Заветное имя сказать, начертать

Хочу - и не смею молве нашептать.

Слеза жжет ланиту - и выдаст одна,

Что в сердце немая таит глубина.


Так скоро для страсти, для мира сердец

Раскаяньем поздно положен конец

Блаженству - иль пыткам?.. Не нам их заклясть:

Мы рвем их оковы - нас сводит их власть.


Пей мед; преступленья оставь мне полынь!

Мой идол, прости меня! Хочешь - покинь!

Но сердце любви не унизит вовек:

Твой раб я, - не сломит меня человек.


И в горькой кручине пребуду я тверд:

Смирен пред тобой и с надменными горд.

Забвенье с тобой - иль у ног все миры?..

Мгновенье с тобой все вместило дары!


И вздох твой единый дарит и мертвит

И вздох твой единый дарит и живит.

Бездушными буду за душу судим:

Не им твои губы ответят, - моим!


 

СТИХИ, НАПИСАННЫЕ ПРИ РАССТАВАНИИ


О дева! Знай, я сохраню

Прощальное лобзанье

И губ моих не оскверню

До нового свиданья.


Твой лучезарный нежный взгляд

Не омрачится тенью,

И слезы щек не оросят

От горького сомненья.


Нет, уверений не тверди, -

Я не хочу в разлуке

Напрасно воскрешать в груди

Спасительные звуки.


И ни к чему водить пером,

Марая лист несмело.

Что можно выразить стихом,

Коль сердце онемело?


Но это сердце вновь и вновь

Твой образ призывает,

Лелеет тайную любовь

И по тебе страдает.



СОН


I

Жизнь наша двойственна; есть область Сна,

Грань между тем, что ложно называют

Смертью и жизнью; есть у Сна свой мир,

Обширный мир действительности странной.

И сны в своем развитье дышат жизнью,

Приносят слезы, муки и блаженство.

Они отягощают мысли наши,

Снимают тягости дневных забот,

Они в существованье наше входят,

Как жизни нашей часть и нас самих.

Они как будто вечности герольды;

Как духи прошлого, вдруг возникают,

О будущем вещают, как сивиллы.

В их власти мучить нас и услаждать,

Такими делать нас, как им угодно,

Нас потрясать виденьем мимолетным

Теней исчезнувших - они такие ж?

Иль прошлое не тень? Так что же сны?

Создания ума? Ведь ум творит

И может даже заселить планеты

Созданьями, светлее всех живущих,

И дать им образ долговечней плоти.

Виденье помню я, о нем я грезил

Во сне, быть может, - ведь безмерна мысль,

Ведь мысль дремотная вмещает годы,

Жизнь долгую сгущает в час один.


II

Я видел - двое юных и цветущих

Стояли рядом на холме зеленом,

Округлом и отлогом, словно мыс

Гряды гористой, но его подножье

Не омывало море, а пред ним

Пейзаж красивый расстилался, волны

Лесов, полей и кое-где дома

Средь зелени, и с крыш их черепичных

Клубился сизый дым. Был этот холм

Среди других увенчан диадемой

Деревьев, вставших в круг, - не по игре

Природы, а по воле человека.

Их было двое, девушка смотрела

На вид, такой же, как она, прелестный,

А юноша смотрел лишь на нее.

И оба были юны, но моложе

Был юноша; она была прекрасна

И, словно восходящая луна,

К расцвету женственности приближалась.

Был юноша моложе, но душой

Взрослее лет своих, и в целом мире

Одно лицо любимое ему

Сияло в этот миг, и он смотрел

С боязнью, что оно навек исчезнет.

Он только ею и дышал и жил,

Он голосу ее внимал, волнуясь

От слов ее; глядел ее глазами,

Смотрел туда, куда она смотрела,

Все расцветив, и он всем существом

Сливался с ней; она, как океан,

Брала поток его бурливых мыслей,

Все завершая, а от слов ее,

От легкого ее прикосновенья

Бледнел он и краснел - и сердце вдруг

Мучительно и сладко так сжималось.

Но чувств его она не разделяла

И не о нем вздыхала, для нее

Он только брата заменял - не больше.

Ей, не имевшей брата, братом стать

Он смог по праву дружбы детской.

Последним отпрыском она была

Из рода древнего. Названье брата

Он принял нехотя, - но почему?

Он смутно понял то, когда другого

Она вдруг полюбила, и сейчас

Она любила, и с холма смотрела -

Быть может, на коне послушном мчась,

Спешит возлюбленный к ней на свиданье.


III

Внезапно изменилось сновиденье.

Увидел я усадьбу и коня

Оседланного пред старинным домом.

В часовне старой, бледен и один,

Тот самый юноша шагал в волненье.

Потом присел к столу, схватил перо

И написал письмо, но я не мог

Прочесть слова. Он голову руками,

Поникнув, обхватил и весь затрясся,

Как от рыданий, и потом, вскочив,

Написанное разорвал в клочки,

Но слез я на глазах его не видел.

Себя принудил он и принял вид

Спокойствия, и тут вновь появилась

Пред ним владычица его любви.

Она спокойно улыбалась, зная,

Что им любима, - ведь любви не скроешь,

И что душа его омрачена

Ее же тенью, и что он несчастен.

Она и это знала, но не все.

Он вежливо и холодно коснулся

Ее руки, и по его лицу

Скользнула тень невыразимых мыслей, -

Мелькнула и пропала в тот же миг.

Он руку выпустил ее и молча

Покинул зал, не попрощавшись с ней.

Они расстались, улыбаясь оба.

И медленно он вышел из ворот,

И вспрыгнул на коня, и ускакал,

И больше в старый дом не возвращался.


IV

Внезапно изменилось сновиденье.

Стал взрослым юноша и средь пустынь

На юге пламенном нашел приют.

Он впитывал душой свет яркий солнца,

Вокруг все было странно, и он сам

Другим стал, не таким, как был когда-то.

Скитался он по странам и морям,

И множество видений, словно волны,

Вдруг на меня нахлынули, но он

Был частью их; и вот он, отдыхая

От духоты полуденной, лежал

Средь рухнувших колонн, в тени развалин,

Надолго переживших имена

Строителей; паслись вблизи верблюды,

И лошади стояли у фонтана

На привязи, а смуглый проводник

Сидел на страже в пышном одеянье,

В то время как другие мирно спали.

Сиял над ними голубой шатер

Так ясно, и безоблачно, и чисто,

Что только бог один был виден в небе.


V

Внезапно изменилось сновиденье.

Любимая повенчана с другим,

Но муж любить ее, как он, не может.

Далеко от него в родимом доме

Она жила, окружена детьми.

Потомством красоты, - но что случилось?

Вдруг по лицу ее мелькнула грусть,

Как будто тень печали затаенной,

И, словно от невыплаканных слез,

Поникшие ресницы задрожали.

Что значит грусть ее? Она любима,

Здесь нет того, кто так ее любил.

Надеждой, плохо скрытым огорченьем

Не может он смутить ее покой.

Что значит грусть ее? Ведь не любила

Она его, и он об этом знал,

И он, как призрак прошлого, не мог

Витать над ней и омрачать ей мысли.


VI

Внезапно изменилось сновиденье.

Вернулся странник и пред алтарем

Стоял с невестой, доброй и прекрасной,

Но Звездным Светом юности его

Лицо прекрасное другое было.

Вдруг выразилось на его челе

Пред алтарем то самое смятенье,

Что в одиночестве часовни старой

Его так взволновало, и сейчас,

Как и тогда, вдруг по его лицу

Скользнула тень невыразимых мыслей,

Мелькнула - и пропала в тот же миг.

И он спокойно клятву произнес,

Как подобало, но ее не слышал.

Все закружилось, он не замечал

Того, что совершалось, что свершится,

Но старый дом, старинный зал знакомый,

И комнаты, и место, и тот день,

И час, и солнце яркое, и тени -

Все, что ее когда-то окружало,

Ее - его судьбу, - назад вернулось

И встало между ним и алтарем.

Как в час такой могли они явиться?


VII

Внезапно изменилось сновиденье.

Владычицу его любви постигла

Болезнь душевная, и светлый ум

Куда-то отлетел, ее покинув.

В ее глазах погаснул блеск, а взор

Казался неземным, и королевой

Она в своем волшебном царстве стала.

Витали мысли у нее бессвязно.

Мир образов, незримых для других,

Стал для нее знакомым и обычным.

Считают то безумием, но мудрый

Еще безумнее, ведь страшный дар -

Блеск меланхолии, унылой грусти.

Не есть ли это правды телескоп?

Он приближает фантастичность далей,

Показывает обнаженной жизнь

И делает действительность реальной.


VIII

Внезапно изменилось сновиденье.

Был странник, как и прежде, одинок,

Все окружающие отдалились

Иль сделались врагами, и он сам

Стал воплощенным разочарованьем,

Враждой и ненавистью окружен,

Теперь все стало для него мученьем,

И он, как некогда понтийский царь,

Питался ядами, и, не вредя,

Они ему служили вместо пищи.

И жил он тем, что убивало многих,

Со снежными горами он дружил,

Со звездами и со всемирным духом

Беседы вел! Старался он постичь,

Учась, вникая, магию их тайны,

Была ему открыта книга ночи,

И голоса из бездны открывали

Завет чудесных тайн. Да будет так.


IX

Мой сон исчезнул и не продолжался.

И странно было, что судьба обоих

Так ясно обозначилась во сне,

Как и в действительности, - и безумьем

Закончила она, несчастьем - оба.



СТАНСЫ К АВГУСТЕ


Когда время мое миновало

И звезда закатилась моя,

Недочетов лишь ты не искала

И ошибкам моим не судья.

Не пугают тебя передряги,

И любовью, которой черты

Столько раз доверял я бумаге,

Остаешься мне в жизни лишь ты.


Оттого-то, когда мне в дорогу

Шлет природа улыбку свою,

Я в привете не чую подлога

И в улыбке тебя узнаю.

Когда ж вихри с пучиной воюют,

Точно души в изгнанье скорбя,

Тем-то волны меня и волнуют,

Что несут меня прочь от тебя.


И хоть рухнула счастья твердыня

И обломки надежды на дне,

Все равно: и в тоске и унынье

Не бывать их невольником мне.

Сколько б бед ни нашло отовсюду,

Растеряюсь - найдусь через миг,

Истомлюсь - но себя не забуду,

Потому что я твой, а не их.


Ты из смертных, и ты не лукава,

Ты из женщин, но им не чета.

Ты любовь не считаешь забавой,

И тебя не страшит клевета.

Ты от слова не ступишь ни шагу,

Ты в отъезде - разлуки как нет,

Ты на страже, но дружбе во благо,

Ты беспечна, но свету во вред.


Я ничуть его низко не ставлю,

Но в борьбе одного против всех

Навлекать на себя его травлю

Так же глупо, как верить в успех.

Слишком поздно узнав ему цену,

Излечился я от слепоты:

Мало даже утраты вселенной,

Если в горе наградою - ты.


Гибель прошлого, все уничтожа,

Кое в чем принесла торжество:

То, что было всего мне дороже,

По заслугам дороже всего.

Есть в пустыне родник, чтоб напиться,

Деревцо есть на лысом горбе,

В одиночестве певчая птица

Целый день мне поет о тебе.




Не бродить нам вечер целый

Под луной вдвоем,

Хоть любовь не оскудела

И в полях светло, как днем.


Переживет ножны клинок,

Душа живая - грудь.

Самой любви приходит срок

От счастья отдохнуть.


Пусть для радости и боли

Ночь дана тебе и мне -

Не бродить нам больше в поле

В полночь при луне!



РЕШУСЬ, ПОРА ОСВОБОДИТЬСЯ


Решусь - пора освободиться

От мрачной горести моей,

Вздохнуть в последний раз, проститься

С любовью, с памятью твоей!

Забот и света я чуждался

И не для них был создан я,

Теперь же с радостью расстался,

Каким бедам страшить меня?


Хочу пиров, хочу похмелья;

Бездушным в свете стану жить;

Со всеми рад делить веселье,

Ни с кем же горя не делить.

То ль было прежнею порою!

Но счастье жизни отнято:

Здесь в мире брошен я тобою

Ничто уж ты - и все ничто.


Улыбка - горю лишь угроза,

Из-под нее печаль видней;

Она - как на гробнице роза;

Мученье сжатое сильней.

Вот меж друзей в беседе шумной

Невольно чаша оживит,

Весельем вспыхнет дух безумный, -

Но сердце томное грустит.


Взойдет бывало месяц полный

Над кораблем в тиши ночной:

Он серебрит Эгейски волны...

А я, к тебе стремясь душой,

Любил мечтать, что взор твой милый

Теперь пленяет та ж луна.

О Тирза! над твоей могилой

Тогда светила уж она.


В часы бессонные недуга,

Как яд кипел, волнуя кровь -

"Нет", думал я, "страданьем друга

Уж не встревожится любовь!"

Ненужный дар тому свобода,

Кто в узах жертва дряхлых лет.

Вот воскресит меня природа -

К чему? - тебя в живых уж нет.


Когда любовь и жизнь так новы,

В те дни залог мне дан тобой:

Печали краской рок суровый

Мрачит его передо мной.

Навек той сердце охладело,

Кем было все оживлено;

Мое без смерти онемело,

Но чувства мук не лишено.


Залог любви, печали вечной,

Прижмись, прижмись к груди моей;

Будь стражем верности сердечной,

Иль сердце грустное убей!

В тоске не гаснет жар мятежный,

Горит за сенью гробовой,

И к мертвой пламень безнадежный

Святее, чем любовь к живой.



ЗАБЫТЬ ТЕБЯ! ЗАБЫТЬ ТЕБЯ!


Забыть тебя! Забыть тебя!

Пусть в огненном потоке лет

Позор преследует тебя,

Томит раскаяния бред!


И мне и мужу своему

Ты будешь памятна вдвойне:

Была ты неверна ему,

И демоном была ты мне.



СОНЕТ К ДЖЕНЕВРЕ


Ты так бледна и так мила в печали,

Что, если вдруг веселье воспалит

Румянцем розы белые ланит,

Я грубый цвет их вынесу едва ли.


Еще молю, чтоб очи не сверкали,

Не то мой дерзкий взор познает стыд

И, обессилев, робость обнажит,

Как после бури - трепетные дали.


Хотя ресницы душу скрыли тенью,

Ты блещешь грустной нежностью своей,

Как серафим, несущий утешенье,

Но сам далекий от земных скорбей;

И я склоняюсь ниц в благоговенье

И оттого люблю еще сильней.



ТЫ ПЛАЧЕШЬ


Ты плачешь - светятся слезой

Ресницы синих глаз.

Фиалка, полная росой,

Роняет свой алмаз.

Ты улыбнулась - пред тобой

Сапфира блеск погас:

Его затмил огонь живой,

Сиянье синих глаз.


Вечерних облаков кайма

Хранит свой нежный цвет,

Когда весь мир объяла тьма

И солнца в небе нет.

Так в глубину душевных туч

Твой проникает взгляд:

Пускай погас последний луч -

В душе горит закат.



ПРОСТИ


Была пора - они любили,

Но их злодеи разлучили;

А верность с правдой не в сердцах

Живут теперь, но в небесах.

Навек для них погибла радость;

Терниста жизнь, без цвета младость,

И мысль, что розно жизнь пройдет,

Безумства яд им в душу льет...

Но в жизни, им осиротелой,

Уже обоим не сыскать,

Чем можно б было опустелой

Души страданья услаждать.

Друг с другом розно, а тоскою

Сердечны язвы все хранят,

Так два расторгнутых грозою

Утеса мрачные стоят:

Их бездна моря разлучает

И гром разит и потрясает,

Но в них ни гром, ни вихрь, ни град,

Ни летний зной, ни зимний хлад

Следов того не истребили,

Чем некогда друг другу были.



КОЛРИДЖ. КРИСТОБЕЛ


Прости! И если так судьбою

Нам суждено - навек прости!

Пусть ты безжалостна - с тобою

Вражды мне сердца не снести.


Не может быть, чтоб повстречала

Ты непреклонность чувства в том,

На чьей груди ты засыпала

Невозвратимо-сладким сном!


Когда б ты в ней насквозь узрела

Все чувства сердца моего,

Тогда бы, верно, пожалела,

Что столько презрела его.


Пусть свет улыбкой одобряет

Теперь удар жестокий твой:

Тебя хвалой он обижает,

Чужою купленной бедой.


Пускай я, очернен виною,

Себя дал право обвинять,

Но для чего ж убит рукою,

Меня привыкшей обнимать?


И верь, о, верь! Пыл страсти нежной

Лишь годы могут охлаждать:

Но вдруг не в силах гнев мятежный

От сердца сердце оторвать.


Твое то ж чувство сохраняет;

Удел же мой - страдать, любить,

И мысль бессменная терзает,

Что мы не будем вместе жить.


Печальный вопль над мертвецами

С той думой страшной как сравнять?

Мы оба живы, но вдовцами

Уже нам день с тобой встречать.


И в час, как нашу дочь ласкаешь,

Любуясь лепетом речей,

Как об отце ей намекаешь?

Ее отец в разлуке с ней.


Когда ж твой взор малютка ловит, -

Ее целуя, вспомяни

О том, тебе кто счастья молит,

Кто рай нашел в твоей любви.


И если сходство в ней найдется

С отцом, покинутым тобой,

Твое вдруг сердце встрепенется,

И трепет сердца - будет мой.


Мои вины, быть может, знаешь,

Мое безумство можно ль знать?

Надежды - ты же увлекаешь:

С тобой увядшие летят.


Ты потрясла моей душою;

Презревший свет, дух гордый мой

Тебе покорным был; с тобою

Расставшись, расстаюсь с душой!


Свершилось все - слова напрасны,

И нет напрасней слов моих;

Но в чувствах сердца мы не властны,

И нет преград стремленью их.


Прости ж, прости! Тебя лишенный,

Всего, в чем думал счастье зреть,

Истлевший сердцем, сокрушенный,

Могу ль я больше умереть?



К Д...


Когда я прижимал тебя к груди своей,

Любви и счастья полн и примирен с судьбою,

Я думал: только смерть нас разлучит с тобою;

Но вот разлучены мы завистью людей!


Пускай тебя навек, прелестное созданье,

Отторгла злоба их от сердца моего;

Но, верь, им не изгнать твой образ из него,

Пока не пал твой друг под бременем страданья!


И если мертвецы приют покинут свой

И к вечной жизни прах из тленья возродится,

Опять чело мое на грудь твою склонится:

Нет рая для меня, где нет тебя со мной!



ЭММЕ


Пора настала - ты должна

С любовником проститься нежным.

Нет больше радостного сна -

Одна печаль пред неизбежным,


Пред мигом горестным, когда,

Оковы страсти расторгая,

В страну чужую навсегда

Уйдет подруга дорогая...


Мы были счастливы вдвоем,

И мы не раз с улыбкой вспомним

О древней башне над ручьем,

Приюте наших игр укромном,


Где любовалась ты подчас

Притихшим парком, речкой дальней.

Прощаясь, мы в последний раз

На них бросаем взгляд печальный...


Здесь, на лугу, среди забав,

Счастливых дней прошло немало:

Порой от беготни устав,

Ты возле друга отдыхала,


И дерзких мушек отгонять

Я забывал, любуясь спящей,

Твое лицо поцеловать

Слетался вмиг их рой звенящий...


Катались мы не раз вдвоем

По глади озера лучистой,

И, щеголяя удальством,

Я залезал на вяз ветвистый.


Но минули блаженства дни:

Я, одинокий, как в изгнанье,

Здесь буду находить одни

Бесплодные воспоминанья...


Тот не поймет, кто не любим,

Тоску разлуки с девой милой,

Когда лобзание мы длим,

Прощаясь с той, кем сердце жило.


И этой муки нет сильней:

Конца любви, надежд, желаний...

Последнее прощанье с ней,

Нежнейшее из всех прощаний.



К МЭРИ, ПРИ ПОЛУЧЕНИИ ЕЕ ПОРТРЕТА


Твоей красы здесь отблеск смутный, -

Хотя художник мастер был, -

Из сердца гонит страх минутный,

Велит, чтоб верил я и жил.


Для золотых кудрей, волною

Над белым вьющихся челом,

Для щечек, созданных красою,

Для уст, - я стал красы рабом.


Твой взор, - о нет! Лазурно-влажный

Блеск этих ласковых очей

Попытке мастера отважной

Недостижим в красе своей.


Я вижу цвет их несравненный,

Но где тот луч, что, неги полн,

Мне в них сиял мечтой блаженной,

Как свет луны в лазури волн?


Портрет безжизненный, безгласный,

Ты больше всех живых мне мил

Красавиц, - кроме той, прекрасной,

Кем мне на грудь положен был.


Даря тебя, она скорбела,

Измены страх ее терзал, -

Напрасно: дар ее всецело

Моим всем чувствам стражем стал.


В потоке дней и лет, чаруя,

Пусть он бодрит мечты мои,

И в смертный час отдам ему я

Последний, нежный взор любви!



СЕРДОЛИК


Не блеском мил мне сердолик!

Один лишь раз сверкал он, ярок,

И рдеет скромно, словно лик

Того, кто мне вручил подарок.


Но пусть смеются надо мной,

За дружбу подчинюсь злословью:

Люблю я все же дар простой

За то, что он вручен с любовью!


Тот, кто дарил, потупил взор,

Боясь, что дара не приму я,

Но я сказал, что с этих пор

Его до смерти сохраню я!


И я залог любви поднес

К очам - и луч блеснул на камне,

Как блещет он на каплях рос...

И с этих пор слеза мила мне!


Мой друг! Хвалиться ты не мог

Богатством или знатной долей, -

Но дружбы истинной цветок

Взрастает не в садах, а в поле!


Ах, не глухих теплиц цветы

Благоуханны и красивы,

Есть больше дикой красоты

В цветах лугов, в цветах вдоль нивы!


И если б не была слепой

Фортуна, если б помогала

Она природе - пред тобой

Она дары бы расточала.


А если б взор ее прозрел

И глубь души твоей смиренной,

Ты получил бы мир в удел,

Затем что стоишь ты вселенной!



ПОДРАЖАНИЕ КАТУЛЛУ

Елене


О, только б огонь этих глаз целовать

Я тысячи раз не устал бы желать.

Всегда погружать мои губы в их свет -

В одном поцелуе прошло бы сто лет.


Но разве душа утомится, любя.

Все льнул бы к тебе, целовал бы тебя,

Ничто б не могло губ от губ оторвать:

Мы все б целовались опять и опять;


И пусть поцелуям не будет числа,

Как зернам на ниве, где жатва спела.

И мысль о разлуке не стоит труда:

Могу ль изменить? Никогда, никогда.



ВОСПОМИНАНИЕ


Конец! Все было только сном.

Нет света в будущем моем.

Где счастье, где очарованье?

Дрожу под ветром злой зимы,

Рассвет мой скрыт за тучей тьмы,

Ушли любовь, надежд сиянье...

О, если б и воспоминанье!



К М.С.Г.


В порыве жаркого лобзанья

К твоим губам хочу припасть;

Но я смирю свои желанья,

Свою кощунственную страсть!


Ах, грудь твоя снегов белее:

Прильнуть бы к чистоте такой!

Но я смиряюсь, я не смею

Ни в чем нарушить твой покой.


В твоих очах - душа живая, -

Страшусь, надеюсь и молчу;

Что ж я свою любовь скрываю?

Я слез любимой не хочу!


Я не скажу тебе ни слова,

Ты знаешь - я огнем объят;

Твердить ли мне о страсти снова,

Чтоб рай твой превратился в ад?


Нет, мы не станем под венцами,

И ты моей не сможешь быть;

Хоть лишь обряд, свершенный в храма,

Союз наш вправе освятить.


Пусть тайный огнь мне сердце гложет,

Об этом не узнаешь, нет, -

Тебя мой стон не потревожит,

Я предпочту покинуть свет!


О да, я мог бы в миг единый

Больное сердце облегчить,

Но я покой твой голубиный

Не вправе дерзостно смутить.


Нет, нам не суждены лобзанья,

Наш долг - самих себя спасти.

Что ж, в миг последнего свиданья

Я говорю - навек прости!


Не мысля больше об усладе,

Твою оберегаю честь,

Я все снесу любимой ради;

Но знай - позора мне не снесть!


Пусть счастья не сумел достичь я, -

Ты воплощенье чистоты,

И пошлой жертвой злоязычья,

Любимая, не станешь ты!



ПЕРВЫЙ ПОЦЕЛУЙ ЛЮБВИ

А барбитон струнами

Звучит мне про Эрота.


Анакреон


Мне сладких обманов романа не надо,

Прочь вымысел! Тщетно души не волнуй!

О, дайте мне луч упоенного взгляда

И первый стыдливый любви поцелуй!


Поэт, воспевающий рощу и поле!

Спеши, - вдохновенье свое уврачуй!

Стихи твои хлынут потоком на воле,

Лишь вкусишь ты первый любви поцелуй!


Не бойся, что Феб отвратит свои взоры,

О помощи муз не жалей, не тоскуй.

Что Феб музагет! что парнасские хоры!

Заменит их первый любви поцелуй!


Не надо мне мертвых созданий искусства!

О, свет лицемерный, кляни и ликуй!

Я жду вдохновенья, где вырвалось чувство,

Где слышится первый любви поцелуй!


Созданья мечты, где пастушки тоскуют,

Где дремлют стада у задумчивых струй,

Быть может, пленят, но души не взволнуют, -

Дороже мне первый любви поцелуй!


О, кто говорит: человек, искупая

Грех праотца, вечно рыдай и горюй!

Нет! цел уголок недоступного рая:

Он там, где есть первый любви поцелуй!


Пусть старость мне кровь беспощадно остудит,

Ты, память былого, мне сердце чаруй!

И лучшим сокровищем памяти будет -

Он - первый стыдливый любви поцелуй!



L'AMITIE EST L'AMOUR SANS AILES

(ДРУЖБА - ЛЮБОВЬ БЕЗ КРЫЛЬЕВ (ФРАНЦ.).)


К чему скорбеть больной душою,

Что молодость ушла?

Еще дни радости за мною;

Любовь не умерла.

И в глубине былых скитаний,

Среди святых воспоминаний -

Восторг небесный я вкусил:

Несите ж, ветры золотые,

Туда, где пелось мне впервые:

"Союз друзей - Любовь без крыл!"


В мимолетящих лет потоке

Моим был каждый миг!

Его и в туче слез глубоких

И в свете я постиг:

И что б судьба мне ни судила, -

Душа былое возлюбила,

И мыслью страстной я судил;

О, дружба! чистая отрада!

Миров блаженных мне не надо:

"Союз друзей - Любовь без крыл!"


Где тисы ветви чуть колышут,

Под ветром наклонясь, -

Душа с могилы чутко слышит

Ее простой рассказ;

Вокруг ее резвится младость,

Пока звонок, спугнувший радость,

Из школьных стен не прозвонил:

А я, средь этих мест печальных,

Все узнаю в слезах прощальных:

"Союз друзей - Любовь без крыл!"


Перед твоими алтарями,

Любовь, я дал обет!

Я твой был - сердцем и мечтами, -

Но стерт их легкий след;

Твои, как ветер, быстры крылья,

И я, склонясь над дольней пылью,

Одну лишь ревность уловил.

Прочь! Улетай, призрак влекущий!

Ты посетишь мой час грядущий,

Быть может, лишь без этих крыл!


О, шпили дальних колоколен!

Как сладко вас встречать!

Здесь я пылать, как прежде, волен,

Здесь я - дитя опять.

Аллея вязов, холм зеленый;

Иду, восторгом упоенный, -

И венчик - каждый цвет открыл;

И вновь, как встарь, при ясной встрече,

Мой милый друг мне шепчет речи:

"Союз друзей - Любовь без крыл!"


Мой Ликус! Слез не лей напрасных,

Верна тебе любовь;

Она лишь грезит в снах прекрасных,

Она проснется вновь.

Недолго, друг, нам быть в разлуке,

Как будет сладко жать нам руки!

Моих надежд как жарок пыл!

Когда сердца так страстно юны, -

Когда поют разлуки струны:

"Союз друзей - Любовь без крыл!"


Я силе горьких заблуждений

Предаться не хотел.

Нет, - я далек от угнетений

И жалкого презрел.

И тем, кто в детстве был мне верен.

Как брат, душой нелицемерен, -

Сердечный жар я возвратил.

И, если жизнь не прекратится,

Тобой лишь будет сердце биться,

О, Дружба! наш союз без крыл!


Друзья! душою благородной

И жизнью - с вами я!

Мы все - в одной любви свободной -

Единая семья!

Пусть королям под маской лживой,

В одежде пестрой и красивой -

Язык медовый Лесть точил;

Мы, окруженные врагами,

Друзья, забудем ли, что с нами -

"Союз друзей - Любовь без крыл!"


Пусть барды вымыслы слагают

Певучей старины;

Меня Любовь и Дружба знают,

Мне лавры не нужны;

Все, все, чего бежала Слава

Стезей волшебной и лукавой, -

Не мыслью - сердцем я открыл;

И пусть в душе простой и юной

Простую песнь рождают струны:

"Союз друзей - Любовь без крыл!"



ПОСВЯЩАЕТСЯ МЭРИОН


Что ты, Мэрион, так грустна?

Или жизнью смущена?

Гнев нахмуренных бровей

Не к лицу красе твоей.

Не любовью ты больна,

Нет, ты сердцем холодна.

Ведь любовь - печаль в слезах,

Смех, иль ямки на щеках,

Или склон ресницы томной, -

Ей противен холод темный.

Будь же светлой, как была,

Всем по-прежнему мила,

А в снегах твоей зимы

Холодны, бездушны мы.

Хочешь верности покорной -

Улыбайся, хоть притворно.

Суждено ль - и в грустный час

Прятать прелесть этих глаз?

Что ни скажешь - все напрасно;

Их лучей игра прекрасна,

Губы... Но чиста, скромна,

Муза петь их не должна:

Она краснеет, хмурит брови,

Велит бежать твоей любови,

Вот рассудок принесла,

Сердце вовремя спасла.

Так одно сказать могу

(Что б ни думал я - солгу):

Губы нежные таят

Не одной насмешки яд.

Так, в советах беспристрастных

Утешений нет опасных;

Песнь моя к тебе проста,

Лесть не просится в уста;

Я, как брат, учить обязан,

Сердцем я с другими связан;

Обману ли я тебя,

Сразу дюжину любя?

Так, прости! Прими без гнева

Мой совет немилый, дева;

А чтоб не был мне в упрек

Мой докучливый урок,

Опишу тебе черты

Властной женской красоты:

Как ни сладостна для нас

Алость губ, лазурность глаз,

Как бы локон завитой

Ни прельщал нас красотой,

Все же это плен мгновенный, -

Как нас свяжет неизменно

Легкий очерк красоты?

Нет в нем строгой полноты.

Но открыть ли, что нас свяжет,

Что пажам вас чтить прикажет

Королевами всего?

Сердце, - больше ничего.



ТЩЕСЛАВНОЙ ЛЕДИ


Зачем, беспечная, болтать

О том, что шепчут втихомолку,

А после - слезы проливать

И упрекать себя без толку?


О, ты наплачешься со зла,

Под смех наперсниц вероломных,

За весь тот вздор, что ты плела

Про вздохи юношей нескромных.


Не верь прельщающим сердца

Любезникам благообразным:

Падешь добычею льстеца,

Не устояв перед соблазном.


Словечки ветреных юнцов

Ты с детским чванством повторяешь.

Поддавшись им, в конце концов

И стыд и совесть потеряешь.


Ужель, когда в кругу подруг

Ты рассыпаешь ворох басен,

Улыбок, реющих вокруг,

Коварный смысл тебе не ясен?


Не выставляйся напоказ,

Храни свои секреты свято.

Кто поскромней, ведь та из вас

Не станет хвастать лестью фата.


Кто не смеется из повес

Над простофилею болтливой?

В ее очах - лазурь небес,

Но до чего слепа - на диво!


В любовных бреднях - сущий рай

Для опрометчивой хвастуньи:

Поверит, как ни привирай,

И тут же выболтает втуне.


Красавица! Не пустословь.

Во мне не ревность рассуждает.

Твой чванный облик не любовь,

А только жалость вызывает.



ТЫ СЧАСТЛИВА


Ты счастлива, - и я бы должен счастье

При этой мысли в сердце ощутить;

К судьбе твоей горячего участья

Во мне ничто не в силах истребить.


Он также счастлив, избранный тобою -

И как его завиден мне удел!

Когда б он не любил тебя - враждою

К нему бы я безмерною кипел!


Изнемогал от ревности и муки

Я, увидав ребенка твоего;

Но он ко мне простер с улыбкой руки -

И целовать я страстно стал его.


Я целовал, сдержавши вздох невольный

О том, что на отца он походил,

Но у него твой взгляд, - и мне довольно

Уж этого, чтоб я его любил.


Прощай! Пока ты счастлива, ни слова

Судьбе в укор не посылаю я.

Но жить, где ты... Нет, Мэри, нет! Иль снова

Проснется страсть мятежная моя.


Глупец! Я думал, юных увлечений

Пыл истребят и гордость и года.

И что ж: теперь надежды нет и тени -

А сердце так же бьется, как тогда.


Мы свиделись. Ты знаешь, без волненья

Встречать не мог я взоров дорогих:

Но в этот миг ни слово, ни движенье

Не выдали сокрытых мук моих.


Ты пристально в лицо мне посмотрела;

Но каменным казалося оно.

Быть может, лишь прочесть ты в нем успела

Спокойствие отчаянья одно.


Воспоминанье прочь! Скорей рассейся

Рай светлых снов, снов юности моей!

Где ж Лета? Пусть они погибнут в ней!

О сердце, замолчи или разбейся!



РАССТАВАНИЕ


Помнишь, печалясь,

Склонясь пред судьбой,

Мы расставались

Надолго с тобой.


В холоде уст твоих,

В сухости глаз

Я уж предчувствовал

Нынешний час.


Был этот ранний

Холодный рассвет

Началом страданий

Будущих лет.


Удел твой - бесчестье.

Молвы приговор

Я слышу - и вместе

Мы делим позор.


В толпе твое имя

Тревожит любой.

Неужто родными

Мы были с тобой?


Тебя называют

Легко, не скорбя,

Не зная, что знаю

Тебя, как себя.


Мы долго скрывали

Любовь свою,

И тайну печали

Я так же таю.


Коль будет свиданье

Дано мне судьбой,

В слезах и молчанье

Встречусь с тобой!



СТАНСЫ К НЕКОЙ ДАМЕ, НАПИСАННЫЕ

ПРИ ОТЪЕЗДЕ ИЗ АНГЛИИ


Пора! Прибоя слышен гул,

Корабль ветрила развернул,

И свежий ветер мачту гнет,

И громко свищет, и поет;

Покину я мою страну:

Любить могу я лишь одну.


Но если б быть мне тем, чем был,

Но если б жить мне так, как жил,

Не рвался я бы в дальний путь!

Я не паду тебе на грудь

И сном блаженным не засну...

И все ж люблю я лишь одну.


Давно не видел я тот взгляд,

Причину горя и отрад;

Вотще я не жалел труда

Забыть о нем - и навсегда;

Да, хоть я Альбион кляну,

Любить могу я лишь одну.


Я одинок средь бурь и гроз,

Как без подруги альбатрос.

Смотрю окрест - надежды нет

Мне на улыбку, на привет;

В толпе я шумной потону -

И все один, люблю одну.


Прорезав пенных волн гряду,

Я на чужбине дом найду,

Но, помня милый, лживый лик,

Не успокоюсь ни на миг

И сам себя не обману,

Пока люблю я лишь одну.


Любой отверженный бедняк

Найдет приветливый очаг,

Где дружбы иль любви тепло

Его бы отогреть могло...

Кому я руку протяну,

Любя до смерти лишь одну?


Я странник, - но в какой стране

Слеза прольется обо мне?

В чьем сердце отыскать бы мог

Я самый скромный уголок?

И ты, пустив мечту ко дну,

Смолчишь, хоть я люблю одну.


Подробный счет былых потерь -

Чем были мы, что мы теперь -

Разбил бы слабые сердца,

Мое же стойко до конца,

Оно стучит, как в старину,

И вечно любит лишь одну.


И чернь тупая не должна

Вовек узнать, кто та "одна";

Кем презрена любовь моя,

То знаешь ты - и стражду я...

Немногих, коль считать начну,

Найду, кто б так любил одну.


Плениться думал я другой,

С такой же дивною красой,

Любить бы стало сердце вновь,

Но из него все льется кровь,

Ему опять не быть в плену:

Всегда люблю я лишь одну.


Когда б я мог последний раз

Увидеть свет любимых глаз...

Нет! Плакать а не дам о том,

Кто страждет на пути морском,

Утратив дом, мечту, весну,

И все же любит лишь одну.



НЕ БРОДИТЬ УЖ НАМ НОЧАМИ


Не бродить уж нам ночами

Хоть душа любви полна

И по-прежнему лучами

Серебрит простор луна


Меч сотрет железо ножен

И душа источит грудь

Вечный пламень невозможен

Сердцу нужно отдохнуть


Пусть влюбленными лучами

Месяц тянется к земле

Не бродить уж нам ночами

В серебристой лунной мгле.



ОНА ИДЕТ ВО ВСЕЙ КРАСЕ


Она идет во всей красе

Светла, как ночь ее страны.

Вся глубь небес и звезды все

В ее очах заключены,

Как солнце в утренней росе,

Но только мраком смягчены.


Прибавить луч иль тень отнять -

И будет уж совсем не та

Волос агатовая прядь,

Не те глаза, не те уста

И лоб, где помыслов печать

Так безупречна, так чиста.


А этот взгляд, и цвет ланит,

И легкий смех, как всплеск морской, -

Все в ней о мире говорит.

Она в душе хранит покой

И если счастье подарит,

То самой щедрою рукой!



Поделись с друзьями



Рекомендуем посмотреть ещё:



Афоризмы о женщинах - Разное - Отрезал. РУ Значение вышивки карп



Афоризмы о любви к литературе Афоризмы и цитаты Оскара Уайльда
Афоризмы о любви к литературе Афоризмы и цитаты о науке
Афоризмы о любви к литературе Байрон стихи о любви
Афоризмы о любви к литературе Омар Хайям афоризмы
Афоризмы о любви к литературе Афоризмы о мире
Афоризмы о любви к литературе Афоризм
10 лучших оздоровительных центров и спа в Нячанге Варежки спицами схемы и описание Как вязать митенки Длинный статус и статус в несколько строк - VKontakte Optimizer Из какого растения получают перловую крупу? Из чего делают Как правильно загадывать желания. Инструкция мечтателям

ШОКИРУЮЩИЕ НОВОСТИ